|
|
Как известно, в основу всех этих исследований положена блестящая мысль советских физиков А. Сахарова и И. Тамма, высказанная ими еще в 1960 г., об использовании так называемой «магнитной бутылки» для содержания в ней раскаленной плазмы, в которой должна идти термоядерная реакция. Чтобы эта реакция пошла, плазму нужно нагреть до немыслимой температуры в сотни миллионов градусов, а затем удержать ее в этом состоянии заметное время; изоляция стенок реактора от контакта с плазмой (такой контакт смертелен не только для стенок, но и для самой реакции, что гораздо хуже) может быть осуществлена только с помощью мощного магнитного поля. Кстати сказать, для создания такого поля придется, вероятно, использовать электромагниты со сверхпроводящей обмоткой, например, из ванадий-галлиевого сплава1), так как иначе затрата электроэнергии будет чрезмерно большой.
Главная трудность на пути практической реализации этой смелой идеи связана с феноменальной неустойчивостью плазменного шнура, и именно в этом направлении ведутся основные исследования советских и зарубежных ученых. Советским ученым удалось получить «долгоживу-щую» плазму температурой в несколько миллионов градусов1), что позволяет надеяться на успешное решение в будущем этой сложнейшей научной и инженерной задачи, имеющей столь большое значение для судеб человечества, что его трудно переоценить. Однако пока эта задача не решена, и космонавтика ограничивается лишь различными теоретическими исследованиями и предварительными проектными разработками будущих термоядерных ракет, показывающими, сколь велика может быть их роль в будущем освоении космического пространства.
|
|
Краткие новости |
 Несмотря на эту внушительную биологическую защиту, управление реактором производится дистанционно, с пункта управления, отнесенного на расстояние примерно 3,2 км). Разработаны и многочисленные устройства, облегчающие подготовку ядерного двигателя к испытаниям, уход за ним, и т. п.
|
|
Подробнее...
|
 Более поздняя модификация «Феб-2» мощностью порядка 4000—5000 Мег является основной целью этих работ, поскольку предназначена для использования на летном варианте двигателя «Нерва-2». Этот двигатель тягой в диапазоне 90—110 Т должен иметь исходное значение удельного импульса 825 сек (с последующим увеличением до 900 сек), основывающееся на уже достигнутых значениях температуры в реакторе порядка 1980° С) (расчетная температура равна 2500°С) и давлении 44 атм; высота двигателя равна примерно 12 м, наружный диаметр (по корпусу реактора) — 1,8 м6).
|
|
Подробнее...
|
 В том же году были начаты работы и по ракете, предназначенной для испытаний двигателя «Нерва» и получившей название «Рифт». Однако впоследствии работы по этой ракете, которую предполагалось использовать в качестве верхней ступени космической ракеты-носителя «Сатурн-5», были прекращены. Разработка двигателей «Нерва» и реакторов для них ведется поэтому пока лишь для целей наземных испытаний, хотя итогом этой работы должно быть, в конце концов, создание летного образца.
|
|
Подробнее...
|
 Если нормально переход реактора с нулевой мощности на полную требует десятков секунд (что, кстати, совершенно недостижимо для стационарных реакторов), то при этом испытании длительность такого перехода определялась лишь инерцией регулирующих стержней; она составляла тысячные доли секунды, почти взрыв (он происходит еще в тысячи раз быстрее). Примерно через 44 миллисекунды после перевода стержней в положение полной мощности реактор был разрушен действием сил, эквивалентных взрыву 50—60 кг тринитротолуола.
|
|
Подробнее...
|
|
|
|
Затрата электроэнергии 
